2011. КАНИКУЛЫ В ДОМБАЕ. Часть 2

03.12.2011Количество просмотров: 924

Продолжение. Начало: Часть 1

                         НА ВЫСШЕЙ ТОЧКЕ МУСА–АЧИТАРА

    Муса-Ачитара – это хребет, который ответвляется от Главного Кавказского хребта.
    Это, фактически, главный посещаемый объект Домбая. Сюда ведут все канатные дороги, здесь прогуливается основная масса туристов, сюда поднимаются лыжники и сноубордисты.  Отсюда они начинают свой стремительный спуск вниз.
    Первая очередь маятниковой  канатки с уютными кабинками доставила нас с Никитой на высоту примерно 2200 метров.

Мы называем эту станцию «Летающая тарелка». Потому что там расположена одноимённая гостиница, с площадки который открывается великолепный вид на Главный Кавказский хребет и Домбайскую поляну.

Никита спросил: «Папа, а откуда она тут?» - «С космоса, естественно. Прилетели на ней инопланетяне. Вышли погулять. Пока любовались красотой, наши люди заскочили в неё, выбросили все приборы, свернули двигатель, прикрутили тарелку болтами к земле. Поставили внутри койки на 13 человек. И теперь тарелка используется, как гостиница для лыжников».
    Никита, естественно, не поверил. Но спросил: - «А  инопланетяне»?..  
    «Ну, они увидели, что сделали с их тарелкой – обиделись. Говорят: «Это наше имущество»!  
    А им говорят: «Была ваша – стала наша! И вообще много тут не выступайте, а то привлечём вас к ответу, за незаконное вторжение на чужую территорию»… Теперь инопланетяне где-то тут работают… инструкторами по лыжному спорту»…

На станции «Летающая тарелка»  не было снега. А Никита, собираясь в Домбай, только о снеге и мечтал. Пришлось подниматься выше, на верхнюю точку хребта Мусса-Ачитара. Сюда вела открытая, канатно-кресельная дорога. Мы поднялись по ней. Высота около 3000 метров над уровнем моря. И к великой радости Никиты здесь было много снега.

Есть снег! Много снега! Можно поиграть! Побегать, и повалятся в нём!

Здесь нас ожидала ещё одна достопримечательность: бездомная собака – наполовину белая, наполовину чёрная. Она лежала, греясь на солнышке и поджидая очередных туристов.
    К счастью,  у нас с собою был запас слоёного (с шоколадом и малиновым джемом) печенья. Мы покормили им «достопримечательность». И она тут же решила стать нашим охранником и сопровождающим «гидом».

Вершины Главного Кавказского хребта отсюда выглядели ещё острее и грандиознее.

Покидать снежки. Как без этого!

Несмотря на высоту и снег некоторые местные парни катались здесь в майках.

Никита спускается в снежную долину за хребтом Мусса-Ачитара.

Станция, на которую мы поднялись – была верхняя на хребте, но ещё не самая высокая точка в этом районе. На высшую точку вела канатная дорога, но она в этот день  не работала, народу было слишком мало.  Нам предложили подняться на вершину на снегоходе – запросили 900 рублей. Дороговато.  Попробуем подняться сами,  пешком...

Никита нашёл корявую доску. Пытался приспособить её под сноуборд и покататься. Не получалось, коряга не скользила.

Высота была уже приличная. Но, посоветовавшись, мы с Никитой решили подняться на самый верх.  Говорят,  с верхней точки открывается вид на Эльбрус.

Никита сфотографировал меня на фоне вершины Домбай Ульген и других вершин Гл. Кавказского хребта. (Домбай Ульген в переводе на русский означает «Убитый зубр» -символичное название, если иметь ввиду судьбу местных зубров).

У края пропасти. Никита кричит, снимая: «Папа, ты там поосторожнее»!  
    Так мы по очереди и учили друг друга осторожности в горах.

Домбайская поляна далеко внизу.

А мы начинаем подъём вверх. Я пошёл по дороге для лыжников и снегоходов. А Никита пошёл своим, бездорожным путём.

Снегоходы - это, скажу откровенно, то, что меня лично несколько раздражало. Во-первых, сам их вид, на мой взгляд, портил великолепный горный пейзаж. А треск их двигателей – нарушал тишину и покой, чувство первозданности и уединения с природой, куда так хочется спрятаться от грохота и гула огромного города.

    Приехал полюбоваться природой, насладиться красотой, тишиной, первозданностью и уединением, а тут эти снегоходы, их рёв!..
Во-вторых, они загрязняли воздух выхлопными газами - это сразу чувствовалось,  и было особенно неприятно на фоне идеально чистого домбайского воздуха.

  Но, понятно: местным парням надо как-то зарабатывать на жизнь. Другой работы для джигитов здесь нет.

Ну, а молодым туристам тоже интересно и приятно покататься в горах по снегу на большой скорости - с ветерком и… радостным повизгиванием от страха!...

Я поднимался вверх по дороге. А Никита решил подниматься по своему – напрямик, по снегу. Но это оказалось нелегко.

В снежной долине, резвясь, рычали снегоходы.

Никита полз вверх.

Время от времени отдыхал.

Наконец он выбрался на дорогу, по которой я поднимался в сопровождении местной «достопримечательности» - моего охранника и «гида».
    Никита отдыхает. «Гид» ждёт.

Подъём был нелёгким. Чувствовалась высота и разряжённый воздух. Мы почти поднялись наверх, оставалось каких-нибудь 100-150 метров.

И тут перед нами открылись вершины Бокового хребта, с Эльбрусом во главе.

Никита решил передохнуть у самого края пропасти.
    Стена обрывалась резко, почти отвесно, более чем на километр вниз.

Немного передохнув, я предложил: «Ну что, поднимаемся вверх? Мы уже почти на вершине, тут, наверное,  и ста метров нет»!..
Никита ответил: «Папа, ты поднимайся, а я тут ещё посижу один…»
   Я понимал сына: ему хотелось побыть наедине с вершинами, почувствовать себя с ними на равных, один на один. Это желание мне знакомо…»

Я только посоветовал Никите: «Когда закончишь свой обзор – не вставай на ноги в том месте, где сидишь. Рядом пропасть. Одно неверное движение, поскользнешься на камне – и улетишь вниз.  Никто тебя не спасёт. Сначала, сидя, на пятой точке, отползи от пропасти подальше, хотя бы на метр-полтора. И только потом вставай на ноги».
- «Хорошо, папа» – сказал Никита.
    Я стал подниматься наверх, а Никита остался наедине с горами.

  А посмотреть тут было на что. Красота вокруг потрясала воображение своей дикой и грозной первозданностью. Миллионы лет стояли эти горы до нас. Сменятся многие поколения людей, а эти вершины будут стоять также ещё многие миллионы лет.

Какие-то серьёзные мысли навевали эти грандиозные вершины  в его маленькой голове.

 

Это Западная вершина двуглавого Эльбруса. Восточная вершина закрыта Западной, и отсюда невидима. В прошлом году мы с Никитой отдыхали на склоне Эльбруса недели две. И это осталось в памяти навсегда. Возможно, он вспоминал своё прошлогоднее пребывание на склоне Эльбруса.

А этот острый кинжал вершины стоит, похоже, где-то в районе Узункола.

  Где-то там, в верховьях Гоначхира, в районе Клухорского перевала стоит красавица Чётча и острый Хакель. В прошлом году мы также были там с Никитой.

Я поднимался вверх, а Никита всё ещё продолжал сидеть один.

Правда, долго в гордом одиночестве ему пребывать не дали. Затрещал снегоход - очередных туристов повезли к вершине.
    Никита, как и договаривались, осторожно отполз от края пропасти, поднялся и догнал меня.


    И вот мы с ним – на самой вершине. Высота здесь около 3300 – 3400 метров над уровнем моря.

В свои 10 лет Никита – достаточно опытный горный турист. Был во многих местах Кавказа. Первое путешествие совершил, когда ему исполнился всего…  один год.
    Вместе со мной, мамой и старшим, 9-летним братом Александром,  Никита,  сидя в корейском рюкзаке, за спиной у мамы, тогда  побывал на Армянском перевале в районе горы Фишт, в Адыгее.
    А  в три года Никита совершил, я считаю, настоящий подвиг - двухнедельный горный поход из Архыза в Дамхурц -  пройдя уже своими ногами и с собственным маленьким рюкзачком за плечами (в том же, семейном составе)  расстояние примерно в 60 километров, с ночёвкой в палатках.  
    На наиболее сложном участке маршрута -  перевале ПХИЯ, высотой в 2500 метров над уровнем моря – нам пришлось тогда задержаться на трое суток, в ожидании хорошей погоды.  А потом за один день пройти, спускаясь с перевала, 22 километра, притом, часть пути -  под дождём.
    Когда вечером мы спустились в посёлок Пхия, местные жители смотрели на нас, четверых промокших туристов с таким маленьким ребёнком, как на инопланетян.
    В прошлом, 2010 году - я уже писал –  две недели Никита провёл со мной на склоне Эльбруса, в районе Джылы-Су.
    Однако, на такой высоте, как здесь, в Домбае, он  был впервые.  
    3300 - 3400 метров над  уровнем моря – это высота,  сравнимая с вершиной горы София – доминирующей в Архызе.
    Можно говорить, что на этот раз, своим домбайским восхождением, Никита достиг нового собственного рекорда высоты подъёма.
    Никита на фоне горного массива Джугутурлючат.

Никита также сам сделал несколько снимков.  За мной – справа - Белалакая, слева гора Суфруджу (Акула).  Впереди неё – острая вершина – Зуб Суфруджу (Зуб Акулы).

А это наш охранник и «Гид», покорил вершину вместе с нами. Устал, отдыхает. 

Вид на Запад. Вершины Западной части Домбая.

Вид на Восток. На горизонте – Западная вершина Эльбруса.

Вершины Бокового хребта – Большая Марка и Семенов-Баши.

Мы стали спускаться вниз и на одном и поворотов увидели лыжника. Познакомились. Лыжник оказался из Сочи. На лыжи встал первый раз в жизни (сюда его доставил снегоход). Спускаться вниз боится, ждёт своего тренера. На Красной Поляне снега нет, поэтому приехал в Домбай подучиться. Попросил себя сфотографировать, иначе ему не поверят, что он был на такой высоте.

Мы с удовольствием сфоткали лыжника из Сочи. Кстати, и меня и Никиту можно увидеть в очках лыжника.

Из-за отсутствия сноуборда, санок и лыж, Никита спускался вниз на «пятой точке».

  

Вот и всё! Подъём наверх и спуск в общей сложности продлился 3 – 3,5 часа – вряд ли больше. Но удовольствие мы получили несравнимо более яркое и полное, чем, если бы просто прокатились на снегоходе – туда – и назад за каких-нибудь полчаса…

Перед спуском вниз мы побеседовали с одним из местных снегоходчиков. Он удивился нашему пешему восхождению и тому, что мы поднялись на вершину довольно «резво».
    - Я снизу наблюдал, как вы поднимались.  Я живу здесь, в горах, но сам пешком не поднялся бы, - сказал он. – Однажды я пробовал подниматься на эту гору пешком, но высота большая, воздух разряжённый, стал задыхаться.  – У меня такого здоровья нет…»
    Поговорили. Парень пожаловался на трудную жизнь. «Другой работы здесь  нет, кроме, как катать туристов на снегоходе.  А ведь кормить семью как-то надо…»

  Спустились мы так же,  как и поднимались, сначала на открытой кресельной шестиместной канатной дороге, потом, со станции «Летающая тарелка» - в закрытом вагончике…

Далее: КАНИКУЛЫ В ДОМБАЕ. Часть 3  Продолжение.

 


Оставить комментарий






Написать нам письмо